Омская Губерния
Государственная жилищная инспекция Омской области

Начальник Государственной жилищной инспекции Александр Бурых дал интервью «Домашней газете» (Омск)

 

«Мы учимся делать нашу жизнь комфортной»

 

13 ноября Губернатор Омской области Александр Бурков назначил начальника Государственной жилищной инспекции. Им стал член Общественной палаты Омской области, эксперт в сфере ЖКХ Александр Бурых. После ухода предыдущего начальника ГЖИ Сергея Плисова кресло пустовало четыре месяца.
Как новый руководитель планирует оживить общественный Совет ведомства, какие ошибки существуют в региональной программе капитального ремонта и почему необходимо изменить рейтинговую оценку управляющих компаний, читайте в эксклюзивном интервью «ДГ».

 

– Александр Владимирович, поздравляем вас со вступлением в должность. Поделитесь, долго думали над предложением? Может, были сомнения?

– Нет, не раздумывал. Потому что я именно этим и занимался достаточно долгое время, только со стороны собственников. Теперь появился шанс поработать в надзорном органе.

 

– Новая сфера работы вам хорошо знакома. Какие первоочередные задачи вы ставите перед собой?

– Нет возможности ставить что­то вперед. Есть важные моменты, на которые необходимо обратить внимание. Информирование населения – не главная задача Государственной жилищной инспекции, но помочь людям, рассказать мы должны. Научить, например, как будем жить, когда начнем сортировать твердые коммунальные отходы, утилизировать их. Там закон предлагает другой путь.

 

В стороне от этой работы нам оставаться нельзя. Кроме того что есть бизнес и деятельность надзорных органов, нам не хватает некой серединки, в которой было бы корректное правовое поле. В ЖКХ очень много спорных вопросов, по поводу которых нет прямого указания закона. И сегодня задача, которая, на мой взгляд, должна быть среди приоритетных, – это включение общественности в процесс управления отраслью. В той части, конечно, в которой разрешает закон.

Например, ФЗ № 212 предполагает наличие общественных советов. Он есть. Но мне кажется, мы можем придать ему другую динамику, другой подход. Планирую поговорить с общественниками, пригласить активных собственников. Ведь, например, летний опыт, когда мы вели контроль за дорогами в рамках проекта «Безопасные и качественные дороги», показал очень хороший результат. Люди включаются, и нет необходимости бегать по всей области, искать нарушения. На месте есть общественный контролер, который знает технологию. Здесь примерно такой же механизм должен работать.

Вот вышел закон о том, как должна быть организована аварийно­диспетчерская служба, но у меня как у чиновника нет возможности оперативно прийти ко всем и проверить это. Поэтому нужно предложить компаниям, которые не боятся общественного контроля, показать, как у них все устроено: есть служба, штат, формы допуска у специалистов, ведется диспетчерский журнал, по телефону дозвониться можно, существует аварийный запас и так далее. И тогда мы получим реальную картину. Пока не выстроена система управления многоквартирными домами как сообществами проживающих в них собственников. У нас много ТСН, и ими, в целом, никто не занимается. Есть ассоциация ТСЖ, которая насчитывает 5­7 домов, а их реально работающих порядка 600. Необходим единый центр, где можно посоветоваться, договориться, выработать общие подходы и решения.

 

– Решения каких первоочередных проблем ждет от ведомства в связи с вашим назначением губернатор?

– Сегодня у нас две ключевые позиции – это капитальный ремонт и твердые коммунальные отходы. Потому что с 1 января нужно начинать работать в новом формате, а еще есть много вопросов, которые до конца не решены. Например, лет 5 назад все дома были обеспечены своими мусорными контейнерами. Потом на рынок пришли несколько новых возчиков, которые предложили жителям бесплатно установить пластиковые контейнеры. И люди согласились. А если этот возчик не выиграет конкурс по вывозу мусора на этой территории? У него же есть право забрать свои контейнеры. Сейчас встречаемся, обсуждаем, решаем, как выходить из ситуации.

 

– А в том, что касается программы капремонта?

– Сейчас мы вошли в ситуацию, в которой всем очевидно, даже тем, кто изначально не платил, что нам нужен капитальный ремонт. Но мы никак не можем в области его запустить. И тому много причин. Главная, на мой взгляд, что мы включили в план изначально большое количество домов в год. Первый год было всего 2 месяца работы, и мы сразу пошли с отставанием. Не сделав дома 2014 года, не успевали с работами 2015 года. Мы все время теперь отстаем примерно на один период. Притом что платить население стало более активно. Самая продвинутая категория, я считаю, это те, кто решил открыть спецсчет. Они сами решают – сколько собирать, когда ремонтировать свой дом и что ремонтировать. Во многих районах Омской области люди не стали ничего ждать. Они собрались, обсудили и постепенно делают все своими силами. И не за 6,70. К сожалению, есть достаточно инертная категория людей, которая вообще не включилась в проблему. Нужно каким­то другим образом подойти к формированию программы капитального ремонта. На нас возложен контроль, но мы всегда участвуем в рабочих совещаниях. По мнению проверяющих органов, у фонда нет финансовой устойчивости. Он обеспечен примерно на 40%. Ведь когда считали тариф, еще в 2013 году разброс в цене был достаточно большим. И, исходя из сегодняшнего тарифа, для одних домов этих денег достаточно, для других немного не хватает, а для третьих катастрофически не хватает. Пока программа так и не заработала. Каждый год констатируем, что она выполняется наполовину. Нужно менять подход. Наша первоочередная задача даже в случае затянувшегося капремонта – обеспечить безопасные условия проживания граждан.

 

– Существует рейтинг управляющих компаний, который составляет ваше ведомство. Он больше для жителей? Или с отстающими ведется какая­-то дополнительная работа?

– Этот рейтинг – удельный вес жалоб по площади домов. Фактически там построено так – есть ли жалобы, выполняется ли предписание, наложен ли штраф. Это прямая работа Госжилинспекции. В конце рейтинга те, кто не отработал предписание. Избежать проблем на доме крайне сложно. Но компания может сама исправить ситуацию, исправить после обращения жителей или же ждать реакции ГЖИ. Как раз, добавив широкий взгляд общественности, мы увидим ситуацию шире. Например, рейтинг не показывает компаний, у которых нет жалоб, не учитывает, сколько у компании всего домов. Ведь можно посмотреть, что делается на домах по текущему ремонту, есть ли у компании имущество, насколько компетентны специалисты, участвует ли управляющая компания в социальных проектах.

 

– Раньше СМИ писали о том, что ГЖИ к некоторым УК относится довольно мягко. Как избежать вольного или невольного протекционизма в работе инспекции?

– Когда мы сменим акценты в оценке, увидим, что управляющие компании очень разные. Я думаю, что вопросы есть и к работникам жилищной инспекции. Скорее всего, может быть субъективный взгляд и предвзятое отношение. Его можно компенсировать общественным наблюдением и контролем. Ведь есть разные категории. Например, дом, который никогда не менял компанию, а есть дома­бегунки, которые бесконечно меняют УК. Также есть УК, от которой дома никогда не уходят, а есть, от которой все время бегут. Когда появляется больше критериев, мы видим одно и то же под разными углами. И при выборе управляющей компании жители будут обращать внимание на то, что нужно именно им. В основе всего должен лежать анализ. Если мы сейчас, проанализировав, будем принимать решения исходя из действительных событий, фактов, явлений, реальных оснований, мы в итоге получим более качественное обслуживание.

 

– Сферу ЖКХ традиционно считают одной из самых проблемных, в том числе и для Омска...

– Не считаю, что город у нас как­то по-­особенному запущен. Есть проблемы, которые нужно решать. За эти годы Омск прошел свой собственный путь. В Омске, например, управляющие компании никогда не брали деньги ресурсников. Денежные потоки сразу были разделены. Хотя Жилищный кодекс предполагал, что все деньги должны были идти вместе и через одну квитанцию. Только сейчас правительство приняло решение, что можно платить напрямую ресурсникам. Мы изначально увидели в такой конструкции логичность.

Самое сложное то, что компетентных специалистов в отрасли не так много. А законодательство изменяется молниеносно. В этом году в декабре будет 14 лет Жилищному кодексу, и у него уже больше 50 редакций. То есть фактически каждые три месяца с кодексом что­то происходит, вносятся изменения. Получается, что тот продукт, который был создан в 2004 году, на сегодняшний день в некоторых статьях имеет толкование с точностью  да наоборот. Не все успевают, не все понимают. Часто утрачена логика законодателей. Ведь создавали документ одни, а продолжают дорабатывать другие. Появились статьи про лицензирование, большой раздел про капитальный ремонт, огромное количество изменений, связанных с оплатой коммунальных услуг. Сейчас отдельный вопрос – это крупногабаритный мусор, изменилась ситуация с ОДН. Все это в большей или меньшей степени является потрясением для населения. У нас же нет букваря или учебника, где можно прочитать и разобраться.

На рынке ЖКХ всего три субъекта: УК, ресурсники и собственники. И между ними возникают конфликты. Самое сложное, когда пересекаются интересы всех трех сторон. Сегодня это ОДН. Самый сложный вопрос. Если мы научимся признавать свои ошибки и уходить от ситуации, как нам подсказывает правоприменительная практика, то мы сделаем нашу жизнь гораздо более простой, комфортной и бесконфликтной.

 

Яна Стрельцова

 

 


13.11.2018 15:15

версия для печати

Поделиться в социальных сетях:
Поделиться ВКонтакте Поделиться в Facebook Добавить в Twitter